Навигация:
Партнеры и реклама:
AdSense:

Инфекция в больнице, или из огня да в полымя

— Это инфекционные заболевания, возникшие у больных в лечебных учреждениях. При этом распространение инфекции происходит двумя путями: экзогенным (в результате контакта с инструментами, аппаратурой, перевязочным материалом и т. д.) и эндогенным (в результате активизации собственной условно-патогенной флоры пациента). Оказавшись в замкнутом больничном пространстве, среди ослабленных людей, обитающие на коже, во рту, в кишечнике микроорганизмы, которые в обычных условиях никакой опасности не представляют, обретают особые, госпитальные свойства, становясь устойчивыми (резистентными) к антибиотикам и дезинфектантам.-

Читайте также: Чудо роботы: в хозяйстве все сгодится

-Выходит, чем больше мы с ними боремся, тем крепче микробы становятся?

— Можно сказать и так. По сути, произошла рукотворная эволюция микроорганизмов, давшая толчок к мутации и селекции новых штаммов. В соревновании "кто кого" микробы нередко одерживают верх, перечеркивая усилия, затраченные на выхаживание новорожденных, увеличивая послеоперационную летальность и длительность пребывания больного в стационаре.

— Среди основных обитателей наших больниц — золотистый стафилококк, клебсиелла, синегнойная палочка и родственный ей, относительно новый, очень агрессивный микроб — ацинетобактер, вызывающий пневмонию и сепсис в первую очередь у реанимационных и послеоперационных больных. Но это могут быть и лежачие больные с инсультом, а также ослабленные сопутствующими заболеваниями пациенты терапевтических отделений.

— Нет. Она существует во всем мире. Наш Альянс проводил экспертную оценку частоты внутрибольничных инфекций в России. Она не отличается от той, что регистрируется в стационарах Америки и Европы и составляет от 4 до 10% от числа пролеченных пациентов. Исходя из этого, выходит, что в год ВБИ у нас заболевают порядка 2 млн 250 тысяч пациентов. При этом летальность составляет от 5 до 30%.Правда, в окончательном, посмертном, диагнозе ВБИ, как правило, не значится. Следовательно, и в статистику не входит. И винить в этом врачей нельзя. Регистрировать ВБИ у нас в стране себе дороже. Они никому неудобны: ни главному врачу, ни рядовым сотрудникам больницы.

— Потому что у нас к внутрибольничным инфекциям относятся как и 50 лет назад, считая, что это дефект работы медперсонала. Руководство российских больниц и Санэпиднадзор никак не хотят понять, что ВБИ — это объективная реальность, следствие высоких технологий в медицине, инвазивности (с проникновением в органы и ткани) диагностики и лечения болезней. Не говоря уже о далеко не всегда адекватной антибиотикотерапии. Могу с полной ответственностью сказать, что примерно 60% антибиотиков у нас в больницах тратится впустую: их назначают либо слишком длительными курсами, либо вообще не по делу, просто так, на всякий случай, для профилактики.

-Управа на ВБИ есть?

— Есть, но ситуация ухудшается с каждым днем. Проблема в другом — нашим стационарам отпускаются средства лишь на лечение основного заболевания. Отечественные стандарты оказания медицинской помощи составлены без учета постоянно растущей антибиотикорезистентности возбудителей инфекций. Поэтому на определенном этапе у больниц просто нет денег на лечение этих больных. И такие ситуации возникают сплошь и рядом.

— Приходится ужиматься, используя средства, отпущенные на лечение других пациентов. При этом врачи поставлены в такую ситуацию, что у них не всегда есть возможность использовать дорогостоящие, но самые эффективные антибиотики. Дело в том, что, согласно последним документам, больница сейчас не имеет права закупать те препараты, которые она хочет. При размещении заказа на закупку лекарственных средств ЛПУ побеждает цена, а качество, безопасность и изученность антибиотика не принимаются во внимание. Однако не секрет, что подавляющее большинство дженериков (аналогов оригинальных препаратов) никуда не годится. Они просто не работают или работают плохо. Но, когда закупку лекарств приравняли к закупке гвоздей, выбора у врача нет. Не выдерживает никакой критики и качество наших бактериологических лабораторий, которые финансируются по остаточному принципу и работают на уровне 50-60х годов. На всю Москву можно насчитать лишь 15-16 приличных лабораторий, результатам которых можно доверять, а если речь идет о грибковых инфекциях (в частности, о диагностике вызывающего пневмонию плесневого гриба — аспергиллы), то такие анализы на достойном уровне делают только в двух медучреждениях. А ведь задачи, которые стоят сегодня перед баклабораториями, огромны.

— Нашей стране нужно признать факт существования внутрибольничных инфекций, их объективную реальность. Стыдно замалчивать сегодня этот факт. А признав, нужно эту проблему изучать и разрабатывать методы профилактики, которые могут быть достаточно эффективными. В Америке и во многих европейских странах существуют соответствующие государственные национальные программы, а в Англии этой проблеме в свое время были даже посвящены парламентские чтения. В России такой программы до сих пор нет.

— Очередное ЧП может произойти в любой момент. Последние полгода врачи за рубежом встревожены информацией о новых энтеробактериях, которые в результате мутации получили способность выделять фермент, разрушающий любой антибиотик. Вспышка этого заболевания уже возникла в Пакистане и Индии, а потом перенеслась в Великобританию. Не застрахованы от нее и мы. Время от времени возникают вспышки ацинетобактерной инфекции в реанимациях крупных стационаров, которые дают очень высокую летальность. Это проблема, с которой мы сталкиваемся и будем сталкиваться еще не раз. Но я оптимист и надеюсь на лучшее.

Вадим КирилловКод для вставки в блог
При использовании материалов, ссылка на LifeLib.ru обязательна!
designed by Dr.BoT
© 2007-2011 LifeLib.ru