Навигация:
Партнеры и реклама:
AdSense:

Над Канадой небо сине. Над Бат-Ямом — тоже…

Над Канадой небо сине. Над Бат-Ямом – тоже… Вспоминается поговорка: везде хорошо, где нас нет. Публикация письма бывшей жительницы Бат-Яма («Подайте на билет в Буэнос-Айрес»), ныне гражданки Канады, навеяло мысли, которыми и хотелось поделиться, ответить. Вопрос все о том же: о жизни в эмиграции. К сожалению, для многих евреев-выходцев из стран СНГ репатриация в Израиль так и не стала возвращением на родину, а скорее перевалочным пунктом на пути — кому в США, кому — в Австралию, в Канаду… Канада. Кто-то уже там, кто-то пока думает. Об этом и речь в очередной авторской колонке Людмилы МАНИНОЙ.

Путешествие в Канаду с остановкой на ПМЖ
«Действующие лица: мои друзья Алла и Виктор. Она – пятьдесят «минус», он – пятьдесят «плюс». Время – начало 90-х. В Кремле Горбачев. Друзья мои – не бедные, но и не богатые, на жизнь хватает, на курорт поехать – без проблем. В ходе перестройки заимели свой маленький бизнес. И так они жили-поживали, имея великолепную квартиру, и дочка Бэллочка в университете училась на юриста (правда, на английском языке, на всякий случай).

Но настали другие времена, и многие их друзья покинули Украину, пишут письма со всех концов света. Те приятели, что остались – кучкуются, вертят глобус туда-сюда, куда-то собираются. А стран для выезда открылось немеряно. Первым делом, конечно, Израиль. Тут вообще все просто, дорога евреям открыта. Сохнут с ума сводит роликами про счастливую жизнь на земле обетованной, виды Тель-Авива, Иерусалима, море Средиземное, море Красное, пляжи, девочки в купальниках открытых донельзя, море Мертвое – лежи себе с газетой на глади, почитывай – не хочу… Главное, все вам рады, да еще и деньги дают…

Америка – дальше. Америка-Америка от берега до берега… Тут тебе и велфер, и квартира сразу, тебя встречают и везут туда, где полный холодильник, да каких продуктов!.. Еще – Германия. Тоже квартиры и деньги. Вся Европа у твоих ног. Климат. Бавария одна чего стоит. Не то, что в Израиле – где десять месяцев жара, а остальное – лето. И к тому же кругом одни евреи…

Что остается? Австралия, ЮАР, Канада. Но в Америку, Канаду надо проситься, чтоб пустили. Потом долго ждать. И неизвестно, возьмут ли, а Израиль — вот он, езжай, по системе «плати и бери». Алла и Виктор тоже начали строить планы, куда бы податься, чтобы не отстать от толпы перелетных, да тут случилось так, что обнаружились дальние родственники в Квебеке – франкоязычной провинции Канады. Когда началась массовая алия из СССР, они решили сделать богоугодное дело и помочь родственникам, пусть и дальним, в СССР перебраться в цивилизованный мир. Как-то им удалось разжалобить иммиграционные власти сказкой о воссоединении семей… При том, что в Союзе остались мамы, папы, — главным приоритетом в жизни для Виктора и Аллы стало воссоединение с двоюродным заокеанским дядей. Первой упорхнула Лиза, сестра Виктора, с мужем… Понятно, родственники свою задачу на этом посчитали выполненной, и далее новоиспеченным канадцам пришлось испить полную эмигрантскую чашу: без языка, в возрасте «за 50», в чужой, в общем, стране, без востребованного ремесла.

Они оказались стойкими оловяными солдатиками, их жизнь опрокидывала, а они вставали снова. Плакали дома, но улыбались на людях, при посторонних восхищались новой родиной и рассказывали, как им хорошо здесь. Работали за гроши на фабрике, рядом с арабами и китайцами, старались не отстать от их проворных рук. Ремонтировали чужие квартиры, — пригодился опыт строительства собственной дачи, — потом купили в кредит небольшой домик и открыли частный детский садик для детей русскоязычных эмигрантов, таких же, как они. Пережито было много. Кто прошел эти круги ада, тот знает. Как можно объяснить отчаяние от мысли, что сделана непоправимая ошибка, что никогда уже не пройдешь по знакомым улицам, не поздороваешься с соседями, не увидишь родной дом? И когда Лиза, стала, что называется на ноги, она принялась хлопотать о полном и окончательном воссоединении семей. Так очередь дошла до моих обер-друзей, Аллочки и Виктора…

Процедуру начала Бэллочка — в то время в Канаде запустили программу отбора «Тысяча молодых семей», и Бэлла с мужем как нельзя лучше подходили для этого: оба молодые, симпатичные, с дипломом университета, с языком английским и французским. Им дали разрешение на въезд, на работу и учебу, Но встал во весь свой рост вопрос о судьбе семьи. Подумали и решили, что страшно отпускать домашнего ребенка в чужую страну, и кто-то из взрослых должен быть рядом. Папа Витя ехать не может – у него бизнес. Алла ехать не может – у нее на руках старенькая мама. Грандмуттер, почти ослепшая, давно не выходит из-дому. В голову пришла идея: получить туристскую визу на Аллу и бабушку Клару, постараться остаться там, а уж затем приютить у себя и Виктора.

Решение — насколько гениальное, настолько и авантюрное. Получить разрешение на въезд в страну, где тщательно отбирают не только будущих граждан, но и туристов, для больной старухи – дело пропащее. Но отчего бы не попробовать? И Алла едет в стольный град Киев на прием к генеральному консулу Канады. Ей, надо сказать, здорово повезло. Всем подряд перед ней отказывали. Выходившие из кабинета жаловались, что консул, должно быть, украинец, поскольку говорит на чистейшем украинском языке, а «туристы» в нем ни в зуб ногой. Алла намотала это себе на ус, и быстренько составила просьбу на украинском.
«Моя дытына iдэ до Канады, цэ так далэко, я до вас звэртаюся з велыким проханням…» Консул просто растаял: наконец-то услыхал рiдну мову! Говорит, ладно, я дам вам разрешение на въезд на две недели, две тыжнi. Но Алла не уходит, продолжает гнуть свое насчет старушки-матери, короче, разжалобила консула вконец, и тот не смог отказать, и бабульке тоже дал визу. Но строго попросил далее обозначенного в паспорте срока в Канаде не задерживаться, ибо возникнут неприятности. Ему было в том обещано.

Итак, в Канаду едет уже вовсе не молодая, да к тому же не франкоговорящая семья: дочка с мужем, мама и бабушка. Вылет – из Шереметево, до Москвы путь неблизкий с 11-ю то ящиками… Наняли машину скорой помощи, с мигалкой – просто умора. Тогда все покупалось и продавалось, ничего удивительного. Подробности путешествия через границу России с Украиной опустим, а перенесемся сразу в Монреаль.
Очередь за получением многочисленных чемоданов. В благословенной Канаде к людям относятся несколько по-другому, нежели на пространствах б.СССР. Во-первых, улыбаются, во-вторых, помогают сойти с трапа немощной старушке Кларе, а молодой служащий еще и усаживает ее в инвалидную коляску. Оформление багажа и прочие треволнения во время переезда-перелета делают свое черное дело: через неделю бабушки не стало… Перед самой смертью от сердечного приступа, она открыла глаза и сказала: за мной еще никто так не ухаживал, как этот молоденький француз в аэропорту…

Так стала наша Алла главой маленькой семьи в Канаде, при муже в Днепропетровске. Грустно это было и страшно. Родственникам, конечно, спасибо, вызволили из «совка», но нельзя же постоянно загружать их своими проблемами, у них и без того сложная жизнь. А надо было много и сразу: просить вид на жительство, снимать квартиру, зарабатывать по-черному. Получилось, что бабушка Клара самой своей смертью несказанно помогла Алле: и у какого же чиновника в Канаде хватит духу выслать женщину, у которой здесь могила матери… И ей дали разрешение остаться на жительство. Настала пора эвакуировать с Украины мужа.

Прошло много лет, трудных лет. Нужен был рядом друг, опора, а его как раз и не было. Значит, надо было стиснуть зубы, взять себя в руки, не раскисать, держаться. Три года минуло, а разрешения на посещение Канады Виктор не получил. Вышло так, что жена въехала по туристической визе – и осталась в Канаде, обманув иммиграционную полицию, но компьютер не обманешь — он все бесстрастно зафиксировал. Семья была разорвана. Виктору тоже было несладко: жена, дочка, сестра худо-бедно устроились за океаном, а он все возится со своим кооперативом. Конечно, деньги заработанные пригодятся, но терпение уже иссякало. Когда же он будет «там»?.. Все было испробовано, и все — безрезультатно. Выход однако нашелся, но описывать его после Ильфа и Петрова — дело неблагодарное. Короче, нашли родственника в Нью-Йорке, который устроил приглашение по бизнесу. Уже потом, будучи в Америке, надо было только нелегально перейти границу с Канадой… Для Виктора с его советским воспитанием, такое было невероятно опасным приключением. Это дома он перед домочадцами – король, а перед предстоящим общением с зарубежным чиновничеством и их требованием соблюдать закон, он робел, не спал ночами, продумывая заранее все «за» и «против». Ну, ладно, — говорил он себе, — подвезут меня к границе, нелегально переходить ее можно только ночью, а я не знаю местности. А вдруг, собаки? А вдруг начнут стрелять? Или вначале скажут: Стой! Стрелять буду!… А я даже не знаю английского, тем более французского… И как пограничникам объяснить, чего я хочу… В лучшем случае попаду в тюрьму, по обвинению в шпионаже…
От одной мысли об авантюре, в которую его толкают обстоятельства, Виктора бросало в холодный пот. Но приходило утро и вместе с ним другие мысли: хочешь-не хочешь, надо собираться в дорогу, ехать к семье. Надо продать свою прекрасную квартиру, но тайно, чтоб никто не узнал раньше времени, понемногу поменять местную валюту, рубли-гривны на полноценные доллары. Словом, забот полон рот. И кооператив надо пристроить: кто знает, чем он обернется, этот марш-бросок в Канаду. Куда-то ведь возвращаться придется. Ни дома, ни семьи, ни денег, а тебе уже не двадцать, а все шестьдесят «минус»…

И вот этот этап позади. Виктор в Америке, у родственников. Ситуация же с переходом американо-канадской границы оказалась намного проще, чем он ожидал. А дело было в том, что его «разыграл» молодой пацан – сын троюродной сестры, и натерпелся наш герой страхов понапрасну, хотел даже отказаться от своей затеи… «Вот, дядя Витя, я принес тебе наколенники, чтобы легче было проползать под колючей проволокой… А завтра, я уже договорился, принесут ножницы резать проволоку… А еще надо тренироваться бегать – вдруг пограничники с собаками устроят за тобой погоню… Да, я вам уже и пистолет купил, на всякий случай…» Пистолет был впрямь как настоящий, ни за что не отличишь – Виктор находился практически в предынфарктном состоянии, и спасла его от неминумой смерти мама шутника-тинейджера. Пистолет выбросила, сказала: завтра едем!..

Последнюю ночь Виктор провел в полудреме. В пять утра заправили машину и поехали к границе с Канадой. Широкая трасса, с двух сторон границы пограничные посты. Граждане спокойно проезжают, остальные предъявляют паспорт с визой. Никакой колючки, никаких мухтаров, никаких цветов необычайной красоты, как пел В.Высоцкий, на нейтральной полосе. Надо пройти мимо американского поста, подойти к канадскому и сказать, что просишь убежища по таким-то и таким-то причинам. Могут дать, могут отказать – но уж стрелять да травить собаками, это слишком… Зашел Витек в будку, как сумел, объяснился, а там таких как он человек двадцать набралось… Всех сфотографировали, посмотрели документы, спросили, ждут ли их в Канаде – а услышав, что жена и дочь здесь живут – отпустили с миром… Правда, предупредили, чтобы далеко не уезжал, а пришел назавтра за временным удостоверением.

Все. Надо ли повествовать, с каким нетерпением Алла и Бэллочка поджидали Виктора возле этого пропускного пункта! Раз десять переходили из Канады в Америку и обратно, пока его «допрашивали». Знать бы, что все так просто – два года жизни не были бы выброшены коту под хвост… И вот они все в Канаде. Мечта осуществилась. Виктор на радостях написал в «Монреальскую правду» (газета такая на русском языке, не газета даже, а боевой листок, на серой бумаге, да ничего страшного…) стихи, посвященные новой своей родине. И в каждом «припеве» были до боли знакомые строчки: Канада, Канада, Канада моя!..»


При использовании материалов, ссылка на LifeLib.ru обязательна!
designed by Dr.BoT
© 2007-2011 LifeLib.ru